Разборки на тему юрисдикции.
Раз Чип все равно был занят, Джордан подошел к одной из специалистов, которую знал по работе в полиции.
– Дениз. Ну что у нас тут?
– У нас тут целая куча костей. Вот тот парень, – указала она на невысокого пузатого мужчину в заляпанной обуви и бейсболке, – нашел останки. Похоже, массовое захоронение, а бульдозер существенно все усложнил, поломав кости, словно зубочистки. Судя по количеству черепов – жертв четверо, все практически в целости, за исключением одной, развороченной при раскопках. Документов нет, но у одной на жакете остался бейдж с лекции…
Джордан помолчал, переваривая информацию. Дениз покраснела и закатила глаза:
– Я просто офигительно бестактна. Прости, Джордан. Я забыла, что ты… ее знал.
– Все нормально, – пожал он ее плечо.
– Ладно. – Дениз смущенно вздохнула и махнула куда-то затянутой в перчатку рукой. – Когда парень проблевался на свою обувь, то тут же как добропорядочный гражданин набрал службу спасения. Попал на местного офицера, тот понял, что дело серьезное, и связался с правоохранительными органами. А потом наш добропорядочный гражданин решил вспомнить о капитализме, приведшем нашу страну к расцвету, и набрал номер миссис Фитцсиммонс, дабы получить обещанное ею вознаграждение.
Желудок Джордана сжался.
– Только не говори…
– Ага. – Дениз кивнула в сторону патрульной машины, припаркованной на краю лесного массива. – Евгения Фитцсиммонс явилась сюда, влезла на место преступления, за что и была задержана. Она… ладно, выскажусь вежливо, от ее присутствия никому легче не стало.
– Дерьмо. – Джордан потер лицо рукой.
Мать Лесли не стеснялась высказывать ему свое мнение, причем весьма негативное.
– Похоже, ты ей не особо нравишься.
Тем не менее Джордан хотел выразить несчастной свои соболезнования, как только минует буря.
– Все еще паршивее, чем я ожидал.
– А станет еще хуже. – Дениз присвистнула, когда из тени вышли еще две фигуры. – Так как не все дамы местные, в дело вступят федералы. И если меня не обманывает зрение, похоже, это твой брат.
Он обернулся и увидел Джесса в сопровождении агента Брайана Паркера. Брат, заметив Джордана, отправил напарника вмешаться в разгорающуюся битву между Коулманом и ребятами из Южной Каролины, а сам пошел дальше по неровной почве.
– Дениз, прости, мне надо поговорить с Джессом.
Судя по лицу брата, лучше им пообщаться без свидетелей.
Джордан проскользнул под ярко-желтой лентой, приветственно поднял руку и поспешно убрал ее в карман, боясь, что она дрожит.
– Джесс. Приятная встреча.
Однако тот на шуточку не купился.
– Тебе не следовало приезжать. Тебе не следовало сюда приезжать, Джордан.
Джордан отшатнулся как от удара и едва сдержался, чтобы не ляпнуть что-то сгоряча. Все-таки брат говорил из лучших побуждений.
– Я должен был приехать.
– Это не твоя вина. Плевать, что там утверждает та старая летучая мышь – ты тут ни при чем.
– Знаю. Джесс, посмотри на меня. Она потеряла дочь, безумно переживала, а теперь вне себя от горя. Ей проще всего обвинить меня. Это нормально и ожидаемо, и я не собираюсь на нее злиться. Я должен был приехать. Ради Лесли и ради себя. Ты меня знаешь. И знаешь, что я не смог бы стоять в стороне.
– Да, да. – Джесс смягчился. – Да уж, я тебя знаю. – Он поправил очки и вздохнул. – И раз уж ты здесь, то я могу выкачать информацию из тебя. Как понимаю, они нашли останки четырех разных людей.
– Судя по всему, да. – Джордан оглядел вспаханную и вывернутую землю. Торчащий из нее клок грязных рыжих волос поневоле притягивал взгляд. – Похоже, это чье-то личное кладбище. – «И если бы не везение, то лежать бы и мне тут». – Как думаешь, что мы нашли, Джесс? В смысле, неужто еще один серийный убийца?
– Либо это, либо место захоронения отходов.
– То есть кладбище киллера?
– Вероятно. – И без того зловонный воздух стал еще отвратительнее. – Мы привезли судмедэксперта, чтобы узнать, реально ли опознать прочие тела. Если узнаем, кто здесь захоронен, быстрее сообразим, как они тут оказались и кто может быть причастен к их гибели. Тут… – Джесс осекся, и Джордан удивленно на него глянул. – Ладно, прости, но я должен сказать напрямую. Тут мог бы лежать ты. Знаю, ты сам все понимаешь, но не могу отделаться от мысли, что меня вот так же вызвали бы на место преступления, и я стоял бы тут, пока другие ругались бы, кому из них раскапывать твою могилу.
– Джесс…
– Дай мне секунду. Дай мне секунду, чтобы я не поставил нас обоих в неловкое положение. – Джесс ущипнул себя за переносицу. – Ладно. Я хочу, чтобы ты был осторожен. Я знаю, у тебя есть лицензия на ношение оружия, и понимаю, что ты знаешь все возможные приемы по самозащите. Но, проклятье, не расслабляйся. Они уже однажды тебя вырубили. – Он огляделся и положил ладонь на рукоять пистолета. – Если хочешь, я могу организовать защиту.
Джордан фыркнул, но больше чтобы скрыть, насколько тронут, чем серьезно оскорбившись.
– Чего? Телохранитель? Полегче, Джесс.
Губы брата дрогнули.
– Можешь пожить у родителей, пока все не утрясется.
– Да, наша мама кого хочешь отпугнет.
Улыбка исчезла так же быстро, как появилась.
– Шутки в сторону, Джордан, у меня нехорошее предчувствие. – Джесс тоже глянул на рыжую прядь. – Просто пообещай, что станешь держаться начеку.
– Поверь, я постоянно начеку с тех пор, как очнулся на больничной койке, – заверил Джордан.
Ночь тянулась – иногда очень утомительно, но теперь, когда в игру вступило Бюро и прояснило все насчет юрисдикции, дело пошло продуктивнее. Мать Лесли ко всеобщему тихому облегчению отвезли домой. Собрали улики: волосы, образцы ткани, грунта. Бутылку из-под пива, несколько окурков. Разглядеть следы шин или ног не представлялось возможным, потому что сперва техника, а потом и рабочие все испортили.
Джордан опознал одежду, бывшую на Лесли в ночь лекции.
Помимо вещей, клочка рыжих волос и бейджика оставалось дождаться сравнения зубной карты.
Причину смерти установят после вскрытия, но судя по залитым кровью шелковой блузке и нежно-розовому жакету, Лесли перерезали горло.
И от сознания этого Джордан сам едва не задохнулся.
Опознать прочих жертв было сложно. Когда на свет появились хрустальные четки, зажатые среди тонких косточек, отвращение Джордана просто зашкалило.
Убитая – а это определенно была женщина, – должно быть, молила о милосердии перед смертью.
Когда рассвет расчертил небо розовыми пальцами, у Джордана от усталости болели глаза. Выпив слишком много кофе в ночном магазине, тихо ненавидя весь мир, он решил согнать раздражение, отправившись с Финном на пробежку по пляжу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
